Интервью с Алексеем Анатольевичем Яманаевым, Председателем Томской областной организации НГСП РФ

Интервью

Источник:  Topneftegaz.ru

Интервью с Алексеем Анатольевичем Яманаевым, Председателем Томской областной организации НГСП РФ

 

Алексей Анатольевич, известно, что Нефтегазстройпрофсоюз РФ демонстрирует высочайший уровень проникновения, не характерный для других профсоюзов. В среднем, в нем состоит около 85% от всех, задействованных в отрасли. Как складывается ситуация в вашем регионе?

У нас этот процент несколько ниже – около 70%, или более 16 000 членов профсоюза, что все равно является высоким результатом. Люди охотно вступают в профсоюз, потому что почти на всех предприятиях действуют коллективные договора, которые регулярно перезаключаются. С работодателями налажены нормальные, рабочие отношения.

То есть можно говорить о стабильности. В то же время многие лидеры профсоюза, в том числе и его председатель Лев Миронов, рассказывали о том, что передел бизнеса все еще продолжается. Что Вы можете сказать по этому поводу?

Для нас эта ситуация также характерна. Сейчас часть сервисных служб, отвечающие, например, за организацию общественного питания на объектах, обслуживание общежитий, клининг, уходят в другие структуры. Часть объемов забрали организации, которые с нами никогда не работали. Часто в нашем регионе присутствуют только их филиалы, что существенно тормозит формирование профсоюзных организаций и заключение коллективных договоров. Эта тенденция будет иметь продолжение. Это связано с тем, что основные управляющие компании нашего региона – «Роснефть» и «Газпромнефть» – предпочитают, чтобы все услуги оказывались после проведения конкурсов – тендеров. Это, в свою очередь, создает предпосылки к дальнейшим перестановкам.

Какие у вас есть рычаги воздействия на работодателя, например, в процессе переговоров по заключению коллективного договора?

Последнее время мы стараемся не прибегать к крайним мерам, предпочитая действовать методами убеждения. В принципе, для нас главное – создать профсоюзную организацию на новом предприятии и предложить работодателю вступить в переговоры. В этом случае вступает в действие Трудовой Кодекс, который обязывает работодателя участвовать в переговорном процессе.

Другими словами, Трудовой Кодекс вполне позволяет быть с работодателями на равных. Значит ли это, что действующей законодательной базы достаточно для нормального функционирования профсоюза?

Наиболее важен первоначальный момент, чтобы в документе все было оформлено правильно. Далее сложнее. Если в процессе переговоров работодатель не хочет идти на уступки, других вариантов, кроме организованного давления на него в виде забастовок или иных законных акций протеста, нет. Но у нас до этого пока не доходило, хотя, стоит признать, с каждым разом, особенно у «новых» работодателей, нам все сложнее договариваться. Тем не менее, нам удается сохранить основные положения. В частности, фактически на всех предприятиях в коллективных договорах предусмотрено обеспечение работников и членов их семей льготными путевками в места отдыха, предоставление бесплатного проезда к месту проведения отпуска, оказание социальной поддержки ветеранам предприятий. В этой работе нам помогает городская трехсторонняя комиссия г. Стрежевого (работодатели, профсоюз и администрация города) по регулированию социально-трудовых отношений.

Как Вы относитесь к сотрудничеству с политическими партиями?

Три года назад мы заключили соглашение о взаимодействии с местным отделением партии «Единая Россия» и довольны нашим сотрудничеством, которое принесло немало позитивных моментов. Так, с приходом в 2007 году «Роснефти», на ряде предприятий была введена вахта длительностью в 30 дней, вместо 15, которые были раньше. Наши консультации с работодателем не привели к результату. В результате, вместе с представителями партии мы составили обращения в органы власти и, наконец, получили от объединения работодателей заверения, что режим работы будет восстановлен после реконструкции транзитного аэропорта, что и было сделано. Также уже длительное время существует проблема, связанная с необходимостью строительства моста, соединяющего город Стрежевой с большой землей (сейчас мост через реку только плавучий). Нашими совместными усилиями дело было сдвинуто с мертвой точки: мост пока не построен, но опоры уже установлены. Вообще, можно сотрудничать с любой партией, у нас нет политической привязанности. Просто мы выбрали ту партию, которая представляет реальную силу; силу, способную оказать помощь и с которой можно продуктивно работать. Поэтому говорить об ангажированности профсоюза неправильно. Оказывать поддержку тем, кто оказывает ее тебе, - это нормальное явление.

НГСП, пожалуй, единственный профсоюз, где были созданы вертикально-ориентированные организации. Одна из них, МПО «Газпром», вообще может представлять профсоюз на федеральном уровне. С одной стороны, это элемент двоевластия. С другой, наличие таких организаций позволяет проще договариваться с другими работодателями. Ваше мнение по этому поводу?

Я не вижу ничего плохого в создании этих организаций. Хотя, стоит признать, что их появление создало некую конкурентную среду. Непросто разобраться и рядовым сотрудникам. Некоторые даже не понимают, к какой из вышестоящих организаций они относятся. Есть и такие, которые даже не знают, как называется их профсоюз.

То есть получается, что человек приходит на работу и не знает, что является членом профсоюза, получая членство автоматически?

Нет, это не так. С работником проводится беседа, после которой он самостоятельно принимает решение, вступать ему в организацию или нет. Автоматического членства нет нигде. Просто рядовые члены не задумываются о вышестоящей структуре. Их прежде всего интересуют уровень заработной платы и степень наполнения коллективного договора. Остальное вторично и не так для них важно. Быть может, это происходит из-за слабой информированности относительно деятельности, предназначения вышестоящих организаций и всего профсоюза в целом.

Существует мировая тенденция, связанная с глобализацией профсоюзного движения. Но в нашей стране количество отраслевых профсоюзов все еще значительно больше, чем на Западе. Есть ли у нас тенденция объединения вокруг сильных профсоюзов, как это уже произошло в Германии, Франции и других странах?

Считаю, что это нормальный шаг. У нас на локальном уровне есть подобные примеры, когда не имеющие никакого отношения к нефтяной промышленности организации к нам присоединялись. Среди них ООО «Стрежевой теплоэнергоснабжение», газета «Северная звезда» и другие. Сильные должны поддерживать слабых, – это один из принципов солидарности.

Какие основные проблемы стоят перед НГСП и что нужно в ближайшее время предпринять?

Главное, чтобы предстоящий съезд принял Устав в таком виде, чтобы навсегда исключить разногласия между межрегиональными и территориальными профсоюзными организациями, хотя добиться этого будет весьма нелегко. Сейчас набирает обороты процесс реструктуризации, постоянно приходят новые игроки. Неизбежно возникают противоречия и конфликты. В нашем регионе отношения с межрегиональными профсоюзными организациями складываются по-разному. Так, наиболее тесное сотрудничество у нас сложилось с первичной профсоюзной организацией «Томскнефть», дочерним предприятием «Роснефти» и «Газпромнефти»», а с предприятиями «Сибура» и «Газпрома» мы сотрудничаем в гораздо меньшей степени. Что касается профсоюзной организации «Томскнефти», то наша областная организация фактически строилась на ее основе и 70% наших первичек это бывшие структурные подразделения ОАО «Томскнефть».

В Вашем регионе происходят задержки с выплатами заработной платы?

У нас были проблемы только с одним предприятием. Мы не вели переговоров с работодателем, так как на тот момент на предприятии не было профсоюзной организации. У нас была три года назад неудачная попытка создания там нашей организации. Ситуация осложнялась тем, что у нас находится филиал, а руководство предприятия находится в Санкт-Петербурге. Задержки выплат продолжались около года до середины 2010 года. Когда коллектив понял, что больше не к кому обратиться за помощью к нам обратилась инициативная группа работников с просьбой о создании профсоюзной организации. Сейчас у нас подобных проблем нет, как нет и предпосылок для этого. Ситуация в целом по области не такая благоприятная. Так, в Томске сотрудники одного из предприятий вынуждены были объявить голодовку, при этом необходимо отметить, что на этом предприятии профсоюзной организации нет.

С чем Вы связываете стабильность на предприятиях вашей отрасли на фоне нестабильности в регионе в целом?

В первую очередь это связано с экономической и финансовой стабильностью компаний нефтегазовой отрасли.

Вы говорили, что на многих предприятиях истекает срок действия коллективных договоров, и вы сосредоточите на их продлении основные силы. Насколько охотно работодатели идут на перезаключение? И получают ли они пользу от коллективного договора?

Серьезных трудностей мы пока не испытываем. Иногда происходит незначительная корректировка в сторону ухудшения условий договора. Но на этот случай у нас практически во всех договорах предусмотрена защитная функция: работодатель обязан собрать конференцию трудового коллектива, где должен объяснить причины ухудшения и добиться согласия. Основная сложность в том, что на многих предприятиях договор заключается всего на один год. Принять новый – процесс не одного и не двух дней. Закон отводит на переговоры до трех месяцев, а на практике иногда получается больше.

 

Посмотреть пресс-портрет:

 

 

РК 2014
 

Нужно ли приватизировать "Роснефть"?